Примечание: События происходят по окончанию третьего сезона, но до встречи с Донной.

Часть 1. Часы

Доктор резко потянул за рычаг, нажал несколько кнопок, набрал код времени и отправился куда глаза глядят. Когда ТАРДИС не издала характерного шума, он с силой ударил по консоли резиновым молотком.

— Ну давай же! — воскликнул Доктор досадливо.

Такое привычное ему действие внезапно отозвалось в нем эхом. Что-то мимолетное, но безумно знакомое, будто забытое воспоминание. Молоток. Он его уже держал, и не раз. Но то, что он видел было много, безумно много лет назад. Он был тогда еще ребенком. И кто-то был рядом с ним. Но этот образ терял четкость и уплывал за грань сознания (прим. заменила немного неловкий оборот). Доктор встряхнул головой, и воспоминание исчезло, растаяло как туман, оставив легкую тревогу.

— Ба-а-бах!

В консоли что-то взорвалось, рассыпав сноп искр, и всю машину встряхнуло с такой силой, что её владелец упал.

«ЧТО?!» — хотел было вскрикнуть Доктор, но не успел.

От второго удара распахнулась одна из частей пульта управления — там где находилось прямое соединение с сердцем ТАРДИС. Доктор был не на шутку испуган, ведь если Вихрь Времени вырвется на свободу, то произойдет катастрофа.

«Все время и пространство будут повергнуты в хаос, а последние дети Галлифрея падут в Великой битве между Светом и Тьмой, борясь за существование Вселенной».

Так звучало пророчество о Вихре Времени, а уж Доктор помнил о нем хорошо, и даже очень хорошо. Он знал все пророчества, легенды и даже сказки Галлифрея. Не раз на его веку Сердце ТАРДИС было открыто.

«Но ведь Роза заглянула в Сердце ТАРДИС, и осталась жива — думал он, — Битва конечно была, но не настолько масштабная. Да и я был тогда один, а в пророчестве сказано „дети“. Что же это значит?».

Но у Доктора не было времени на раздумья. Вся комната затряслась, в двигателе нехорошо зашумело. На секунду Доктору почудилось, будто его кто-то зовет, затем зов перешел на крик боли и отчаянья. Невозможно было выдержать этот вой, который спустя минуту потонул в общем гуле, свисте и звоне! «Что за чертовщина!» — думал Доктор во время судорожных попыток взять все под контроль. Доктор даже не мог подняться на ноги, чтобы окончить весь этот ужас, нажав всего несколько кнопок и потянув рычаг. Лампы пошли трещинами и со звоном лопнули. Погрузившись во тьму, ТАРДИС продолжала рушиться.
Дождавшись небольшой передышки, Доктор подполз на четвереньках к консоли, собираясь захлопнуть её, но в этот момент прогремел еще один, последний, взрыв!

Доктора бросило на пол.

Сияние Сердца ТАРДИС почти ослепило его, но тут изнутри вылетел какой-то предмет. В тот же миг крышка захлопнулась, а тряска прекратилась также неожиданно, как и началась. Зажглось аварийное освещение. Доктор, не поднимаясь с пола, дотянулся пальцами до загадочного предмета. Поднял и тут же выронил, словно обжег пальцы. Это были аккуратные, с изящной цепочкой, золотые часы с галлифрейскими письменами. Часы Повелителя Времени.

Пустая память

Доктор был необычайно поражен. Откуда в Сердце ТАРДИС часы Повелителя времени? Он боялся открыть их, сам не зная почему.
«Я ведь отдал свои часы Тиму, после того как был человеком — мелькнула у него мысль — А часы Мастера- уничтожены вместе с ним. Тогда откуда эти здесь?».

Доктор внимательно рассмотрел их. Часы были похожи на его, но все же отличались изяществом и аккуратностью. Крышка была настолько повреждена, что имя невозможно было разобрать. Позолота отстала в некоторых местах и обнажила какой-то металл; последние звенья цепочки расплавились, как от высокой температуры. Даже замок держался плохо, что называется, на честном слове.
Доктор положил часы в выемку на консоли, решив заняться ими попозже. Ему предстояла починка ТАРДИС.

— Что же с тобой произошло, а? — спрашивал он беспокойно, обращаясь к машине. — Капризничаешь, дорогая? О часах Доктор старался сейчас не думать. Спустя некоторое время Доктор отряхнул руки и вновь взял часы.

Теперь они в слабом свете отсвечивали мягким золотистым сиянием, будто излучая тепло. Сияние это неприятно напоминало Доктора регенерационную энергию. Где-то глубоко, в сознании, он слышал шелест деревьев, шум антигравитационных двигателей, голоса

«Однажды мы найдем такую звезду, которая говорит…»
«Небо никогда не перестанет быть оранжевым…»
«Доктор, оставь меня, уходи!..»
«Чей это голос? Чье прошлое?» — задумывался Доктор, проводя пальцами по ободку часов, не решаясь их открыть.
В некоторые моменты ему казалось, словно в его памяти, в самом начале, не хватало кусков. Будто они были здесь, в этих странных часах. Стоит только их открыть — и он вспомнит все. Слишком велик соблазн узнать, что в них таится, какой секрет они скрывают?.. И не пожалеет ли он, если вернет часть своей памяти?

Часть 2. Темное прошлое

Нередко Доктор доставал часы из внутреннего кармана и держал их в руках. Они были слегка прохладными, но иногда он чувствовал тепло. А еще в них что-то пульсировало, будто два сердца. Порой «пульс», бившийся в ритме четырех ударов, ускорялся, порой становился медленнее, но никогда не прекращался. Доктор не решался их открыть, но не забывал про них. Напротив заботился — покрыл часы свежей позолотой, выправил цепочку и крепление и попытался восстановить имя, но это оказалось не возможно.

Хотя и этим часы по-видимому были довольны. Они приобрели почти новый вид, и казалось порой, что они сияют от счастья. И в те моменты Доктор чувствовал какое-то спокойствие, словно его родные были рядом. Но потом всегда оставалась ноющая пустота, которую ничто не в силах было заполнить. Подобное он ощущал, когда сам был человеком, и видел во сне неясные тени своей семьи.

Боль от расставаний, потерь и смертей всегда была с ним, и от немого спокойствия от часов, Доктору становилось еще тяжелее.
С каждым днем становилось все сложнее сдержаться, чтобы не открыть их. Временами Последнему Повелителю Времени слышался голос, шептавший:

«Я тебя понимаю. Потери-самое тяжелое в нашей жизни. Мы видим как те, кого мы любим, увядают и умирают, а мы продолжаем жить».

Он полюбил этот голос, казавшийся ему знакомым. Голос был женский и тихий, печальный, но все равно в нем чувствовалась какая-то улыбка. Еле заметная, но все же. В один из дней одиночества Доктор вновь рассматривал часы. Их пульс был учащен, как будто они предчувствовали что-то. В один момент шепот усилился до нормального голоса, и четко произнес:

— Открой меня. Время пришло.

Подняв часы на уровень глаз, Доктор подумал:

«Будь что будет. Я столько ждал, и я узнаю, что в них».

Нажав на замок, так осторожно, словно это был спусковой крючок, Доктор открыл часы и из них вырвалось золотистое сияние, на мгновение оглушившее его. В следующую секунду воспоминания, его и чужие, затопили собой Доктора. Кусочки головоломки сложились воедино.

Только тогда Доктор увидел всю свою память, все воспоминания. Они были о самом близком человеке, который был с ним всегда.
О его сестре…

Вихрь воспоминаний

«Раньше я считал, что был единственный ребенком в семье. (прим. про одиночку в Академии убрала, потому что там были Мастер-Кощей и Рани). Но это не так. У меня была старшая сестра. Ее звали Эмит».

То, что раньше было лишь расплывчатым воспоминанием, теперь виделось четко. Каштановые волосы, насмешливые глаза. Тонкие черты лица. Смеющийся рот.

«Эмит, моя Эмит», — с тоской думал Доктор.

Она была настоящей умницей. Это знали все еще, когда она построила свой первый манипулятор Временной Воронки, будучи ребенком. Для Доктора, а точнее для маленького Теты, не было никого лучше, чем сестра. И он провалился в тяжелый сон воспоминаний. Заботливые руки Эмит, ее смех и ласковый голос — вот, что помнилось ему с раннего детства. Когда Тета бился над какой-нибудь задачкой, то можно было прийти к Эмит.

«Видишь, как все просто», — улыбалась она в ответ на просветлевший взгляд Теты. Она, как никто другой, понимала его. Вот они бегут вдвоем по красной траве и смеются, смеются… Эмит и Тета. Тета и Эмит.

Когда было плохо, она успокаивала его. Улыбки исцеляли его мятежную душу, а шутки заставляли искриться смехом его глаза. Если что-то не ладилось, Эмит всегда находила слова утешения. Обретая эти воспоминания, Доктор не мог не улыбаться. Подрастая, Тета пытался доказать Эмит, родителям да и всему миру, что он уже взрослый. Но после очередной выходки на пару с Кощеем в этом можно было усомниться. Впрочем, Доктор так и не повзрослел. До сих пор оставался тем же мальчишкой, ищущим приключений. Например, разве это не ребяческий поступок — угнать ТАРДИС?..

Прошло несколько столетий, и выглядел он теперь совсем не юношей. Но однажды Доктор нарвался на крупные неприятности. Он не успел попрощаться с Эмит, когда его попросту изгнали с Галлифрея. Так начались его приключения — вечные путешествия во Вселенной и Времени. Эмит и Галлифрей забывались. Но когда он вернулся на родную планету, то не нашел свою сестру. В те редкие дни, когда Доктор снова туда попадал, Эмит нигде не было. Позже он узнал, что сестра на месте тоже не сидела, а сдала экзамены и отправилась на Дрэйкос-5. Но когда он вернулся на Галлифрей в свой последний раз, Эмит нашла его. Она изменилась, регенерировала. Внешность брата и сестры была другой, но они все равно узнали друг друга. Эмит была рада, что ее братишка останется на Галлифрее… А когда она узнала, что Доктор наконец женится… счастью не было границ!.

Эмит часто заходила к ним в гости и смотрела, как подрастают дети. Доктору его дети были дороже всех тайн Вселенной. Он не поверил бы, что снова будет странствовать без дома и семьи…
Но все разрушила Временная Война.

Первый взрыв разрушил целый город, и уничтожил тысячи Повелителей Времени. Повелители Времени были не готовы к этому, но собрав все военные силы они решили защитить Галлифрей и Вселенную от далеков. Война шла с переменным успехом, к несчастью армия Далеков была многочисленнее.

Доктор сражался на передовой против далеков — за свою планету, за свой народ, за свою семью. Сколько было страхов, боли и потерь! Жена и дети погибли в первый год войны. И Доктору приходилось лишь молиться, чтобы их судьба минула Эмит.
Галлифрей — Сияющий Мир Семи Систем — превратился в пылающий ад. Сколько кошмарных тварей видел тогда Доктор!.. Далеки, Даврос, Дитя Кошмара, Орды Чудовищ, Некоронованный Король…

Но самими страшными оказались сами Повелители Времени. Они решили уничтожить все живое, все пространство и время, чтобы превратиться в бессмертных бестелесных высших богов. Им противостояли двое — Доктор и Эмит. Они не позволили им это эгоистичное, чудовищное преступление. Их семья погибла, весь мир обезумел… Это была идея Эмит, умной, гениальной Эмит. Запереть Галлифрей вместе с Войной Времени во временную ловушку. О, это было очень умно! Доктор теперь помнил это отчетливо. И как он вообще мог это забыть?.. Это был отряд далеков, которые заметили двух Повелителей Времени. Сначала Доктор и Эмит бежали к ТАРДИС, слыша позади себя «Уни-что-жить! Уни-что-жить!» Сестра поняла первая, что им не оторваться.

«Беги! — крикнула она. — Я их задержу!»
Одна — против целого десятка далеков!
«Эмит, я тебя не брошу!»
«Беги, делай, что велено! Беги же, дурак!»

И… Доктор побежал. Потому что на кону была вся Вселенная. Времени оставалось мало, еще чуть-чуть — и будет приведен в действие безумный план.

«Эмит придумает что-нибудь! Обязательно придумает! Она же такая умница!» — толкались в нем отчаянные мысли.
Он не оглядывался, он бежал… Доктор так и не узнал, был ли у Эмит какой-нибудь план или она просто отвлекала далеков, не оказывая им сопротивления.

«Уни-что-жить!»

Пронзительный звук разрезал воздух. Подбежав к двери ТАРДИС, Доктор обернулся. Эмит упала в красную траву, словно срубленное дерево. В следующий миг Доктор открыл дверь ТАРДИС. Влетел, задергал рычаги и переместился на орбиту. Весь мир сошел с ума. Все погибли. Все — погибнут. Временная Ловушка захлопнулась. Все погибли. Повелители времени перестали существовать, забрали с собой в небытие далеков и других тварей Преисподни.

«Так я стал Последним Повелителем Времени». В ту же секунду Доктор очнулся на полу ТАРДИС. В глазах его были слезы. Он перевернул часы. Теперь он знал, что там написано — «Время, всего лишь ничто, по сравнению с человеком увидевшем его. Эмит». В этот момент свет моргнул и погас. Доктор снова оказался в темноте…

Автор: TARDIS